a1a0d2b2     

Платонов Андрей - Первый Иван



Андрей ПЛАТОНОВ
Первый Иван
ЗАМЕТКИ О ТЕХНИЧЕСКОМ ТВОРЧЕСТВЕ ТРУДЯЩИХСЯ ЛЮДЕЙ
- Здравствуй, товарищ Первоиванов!
- Здравствуй, приезжий!.. Чего прибыл в осеннее время? Чужого ума ищешь
учиться иль просто хлеб ходьбой зарабатываешь?
- Чужого ума ищу.
- А свой принес?
- Своего мне мало.
- Aга! Ну, раз мало, то живи с нами; у нас тоже ума не хватает. Может от
твоей малости что прибавится!
Этот разговор был произнесен на юге Уральской области, в земледельческом
коллективе имени Исаака Ньютона, где Первоиванов и его два помощника были
членами и механиками. Механик же в колхозе - это весьма возвышенное лицо, это
естествоиспытатель, командир огнедышащего инвентаря и человек науки-техники;
лучшие снаружи девушки состоят во многих колхозах невестами механиков. Так
приблизительно обстояло дело и в коллективе Ньютона. Но Первоиванов еще не
додумал всех своих мыслей, еще не сделал из стихийной природы искусственного
советского творения, поэтому заставлял невесту постоянно терпеть и страдать
без обручения. И когда он виделся с невестой, - что было редко, - то,
вероятно, больше размышлял о странности стихийной природы, чем любовался
женским присутствующим существом.
Я остался в "Ньютоне". Мне было важно изучить труд ума и рук Первоиванова
- предметы новой техники, о которых он мне писал дважды, предлагая выслать из
Москвы гвозди, провода, полый медный шар, водяной насос высокого сжатия,
манометр, и многое прочее. Что мог, я отыскивал на Мясницкой и отправлял
наложенным платежом в степную мастерскую Первоиванова.
В тот день Первоиванов пришел отдыхать в общий дом коллектива поздно
ночью, но мы стали разговаривать о научной судьбе советского государства, и т.
Первоиванов променял сон на увлечение технической беседой. Я сидел с
молчаливым сочувствием, а Первоиванов говорил передо мною как великий
безвестный эконом и ключник природы. Он имел низшее техническое образование,
и, прожив жизнь в глуши, где пахло конским навозом монгольских всадников, где
на все четыре страны света не возвышалось ни одного технического устройства, -
Первоиванов умножил свое знание, совершил научно-технические открытия и
выполнил прекрасные изобретения. Он - полусамоучка - изучил несколько сот
технических книг, поэтому мысль его была точна, а разговор прост и
интеллигентен. Он рассуждал, как европейский инженер, с сознанием скромности
своего тщательного ума, без превосходства прирожденного невежды. Этот нестарый
мастеровой был истинный интеллигент: он знал и чувствовал теорию, как инженер,
он пережил практику, как рядовой рабочий.
Я достаточно сильно удивлялся ему. Изобретателей-кустарей я видел, видел
вечные двигатели, работающие моченым и сухим песком, но еще не наблюдал
мастерового, ставшего ради изобретательства совершенным техническим
интеллигентом, и притом личными усилиями.
Вблизи нас спали мужчины-коллективисты на раскладных кроватях. Горела
лампа; дверь на балкон была открыта для воздуха; за балконом лежала мрачная
мировая косность, привычная до неощутимости и примирения с нею.
Первоиванов говорил, а мы, три человека - два тракториста и я, слушали
его.
- Сахара, Гоби, песчаные реки Азии - это экскременты неразумных культур,
легших в уготованные самим себе песчаные могилы. Что такое вся Средняя Азия?
Это - пески и люди!
"Верно ведь!" - думали все мы и молчали дальше.
А Первоиванов говорил с жадностью и скупостью настоящего разума, воображая
весь мир своим двором, в котором, однако, еще царствует хищная, смертная
бе



Назад