a1a0d2b2     

Платонов Андрей - Никита



А. Платонов
НИКИТА
Рано утром мать уходила со двора в поле на работу. А отца в семействе
не было; отец давно ушел на главную работу - на войну и не вернулся оттуда.
Каждый день мать ожидала, что отец вернется, а его все не было и нет.
В избе и на всем дворе оставался хозяином один Никита, пяти лет от
роду. Уходя, мать ему наказывала, чтобы он не сжег двора, чтобы он собрал
яйца от кур, которые они снесли по закутам и под плетнями, чтобы чужой
петух не приходил во двор и не бил своего петуха и чтобы он ел в обед
молоко с хлебом на столе, а к вечеру мать вернется и тогда покормит его
горячим ужином.
- Не балуй, Никитушка, отца у тебя нету, - говорила мать. - Ты умный
теперь, а тут все добро наше, в избе и во дворе.
- Я умный, тут добро наше, а отца нету, - говорил Никита. - А ты
приходи поскорее, мама, а то я боюсь.
- Чего ты боишься-то? На небе солнце светит, кругом в полях людно, ты
не бойся, ты живи смирно один...
- Да, а солнце ведь далече, - отвечал Никита, - и его облако
закроет...
Оставшись один, Никита обошел всю тихую избу - горницу, затем другую
комнату, где стояла русская печь, и вышел в сени. В сенях жужжали большие
толстые мухи, паук дремал в углу посреди паутины, воробей пеший пришел
через порог и искал себе зернышко в жилой земле избы.
Всех их знал Никита: и воробьев, и пауков, и мух, и кур во дворе; они
ему уже надоели, и от них ему было скучно. Он хотел теперь узнать то, чего
он не знал. Поэтому Никита пошел далее во двор и пришел в сарай, где стояла
в темноте пустая бочка. В ней, наверно, кто-нибудь жил, какой-нибудь
маленький человек: днем он спал, а ночью выходил наружу и ел хлеб, пил воду
и думал что-нибудь, а наутро опять прятался в бочку и спал.
- Я тебя знаю, ты там живешь, - приподнявшись на ногах, сказал Никита
в темную гулкую бочку, а потом вдобавок постучал по ней кулаком. - Вставай,
не спи, лодырь! Чего зимой есть будешь? Иди просо молоть, тебе трудодень
дадут!
Никита прислушался. В бочке было тихо. "Помер он, что ль!" - подумал
Никита. Но в бочке скрипнула ее деревянная снасть, и Никита отошел от
греха. Он понял, что, значит, тамошний житель повернулся набок, либо хотел
встать и погнаться за Никитой.
Но какой он был - тот, кто жил в бочке? Никита сразу представил его в
уме. Это был маленький, а живой человек. Борода у него была длинная, она
доставала до земли, когда он ходил ночью, а он нечаянно сметал ею сор и
солому, отчего в сарае оставались чистые стежки. У матери недавно пропали
ножницы. Это он, должно быть, взял ножницы, чтобы обрезать себе бороду.
- Отдай ножницы! - тихо попросил Никита. - Отец придет с войны, все
одно отымет, он тебя не боится. Отдай!
Бочка молчала. В лесу, далеко за деревней, кто-то ухнул, и в бочке
тоже ответил ему черным страшным голосом маленький житель.
- Я тут!
Никита выбежал из сарая во двор. На небе светило доброе солнце, облака
не застили его сейчас, и Никита в испуге поглядел на солнце, чтобы оно
защитило его.
- Там житель в бочке живет! - сказал Никита, смотря на небо.
Доброе солнце по-прежнему светило на небе и глядело на него в ответ
теплым лицом. Никита увидел, что солнце было похоже на умершего дедушку,
который всегда был ласков к нему и улыбался, когда был живой и смотрел на
него. Никита подумал, что дедушка стал теперь жить на солнце.
- Дедушка, ты где, ты там живешь? - спросил Никита. - Живи там, а я
тут буду, я с мамой.
За огородом, в зарослях лопухов и крапивы, находился колодец. Из него
уже давно не брали в



Назад