a1a0d2b2     

Платов Леонид - Каменный Холм



Леонид Платов
Каменный холм
Участники геологоразведочной партии увидели этот холм под вечер, когда
миражи в степи уже не так ярки.
Призрачные озера вставали на горизонте по утрам, медленно тускнели после
полудня и совсем исчезали к вечеру. Такова природа миражей в Голодной степи.
Это отблески солнца. Талая вода скопляется весной в пологих впадинах и
отшлифовывает их глинистые стенки и дно. Летом пересохшие водоемы, называемые
здесь такырами, превращаются как бы в огромные вогнутые зеркала.
В зыбком знойном мареве колышется вдали вода, сверкает, искрится, манит и
вдруг "испаряется" без следа, едва лишь путники приблизятся к такыру.
Глаза устают от этого постоянного, дразнящего мерцания...
Тем летом гидро-геологоразведочная партия Бикчетаева колесила по
Бет-Пак-Дала (Голодной степи).
Давно уже велись работы по созданию здесь устойчивой кормовой базы для
развития отгонного животноводства. В центре Бет-Пак-Дала поднялись здания
опытной станции. Верхом и на машинах двигались через степь по всем
направлениям зоотехники и гидрогеологи.
Группа Бикчетаева изучала вопрос о возможности использования реки Чу,
пересекающей Бек-Пак-Дала. Предполагалось перегородить Чу двумя плотинами, на
которых построить гидроэлектростанцию, а воды реки направить по каналам на
северо-восток и оросить десятки тысяч гектаров новых пастбищ.
- Геологи впереди! Геологи всегда впереди! - восклицала Ия Адрианова, стоя
во весь рост в кузове головной машины. - А уж за нами все остальные идут:
проектировщики, бульдозеристы, экскаваторщики, гидротехники, монтажники.
Двигаются тысячи человек, сотни механизмов!..
- Все верно, только сядь, пожалуйста! - говорил Гриша Топчиев, с
беспокойством следя за ее размашистыми движениями. - Тряхнет на ухабе - как
пробка, вылетишь...
- Или ветром подхватит, за Балхаш куда-нибудь унесет, - с улыбкой добавил
Семен Мухин и придержал Ию за хлястик пыльника. - Будь же взрослым человеком
наконец! Сядь, Ийка!
Все геологи называли девушку дружелюбно - Ийка. "Ну что за имя у тебя? -
спрашивал с неудовольствием Семен. - И-я!.. Не имя, а вздох... А Ийка -
хорошо!" Это действительно подходило к ней. Тоненькая, небольшого роста, с
круглым, очень добрым, приветливым лицом, она была энергична и проворна, как
рыбка.
Случилось так, что грузовик, в котором находились Ия Адрианова, Топчиев и
Мухин, отделился от колонны. На двух остальных машинах сразу спустили три
ската, и шоферы, чертыхаясь, принялись орудовать подле них с домкратами и
насосами.
- Езжай дальше, молодежь! Догоним! - бросил Бикчетаев, деятельно
помогавший шоферам. И прокричал вдогонку мухинскому грузовику: - Местечко для
ночлега присмотрите! Там хорошее есть местечко!..
- А где его найти, это местечко? - недоумевающе спросил Мухин товарищей.
Он вытащил из полевой сумки карту и аккуратно разгладил ее на побелевших
сгибах. - До ближайшего колодца полтора дня пути. Разве свернуть в сторону, к
реке?
- Ну что ты! Крюк делать...
- Не беспокойтесь, ребята, - сказал Топчиев. - Уж если Бикчетаев сказал:
местечко, значит, есть такое где-нибудь. Увидим. Найдем.
- А не найдем, похлебаем теплой водички из бака. На третьей машине бак еще
не почат. Хочешь пить, Ийка?
- Не очень, - храбро соврала Ия. И, облизнув пересохшие губы, сказала: - В
Кара-Кумах, наверное, еще труднее...
Этим летом она мечтала попасть не в Голодную степь, а в Кара-Кумы, и с
особым воодушевлением толковала о них. "Тахиа-Таш! Тахиа-Таш!" - это название
так и прыгало в кузове, как мя



Назад